Сценарист.РУ

киноведение

Обет молчания. Рассказ для фильма
Вернемся в 1965-й
Об антиленинских ошибках и националистических извращениях в киноповести Довженко «Украина в огне»
Александр Антипенко: «Его девиз был - отдавать»
А судьи — кто?
В дремоте
Лекции по кинорежиссуре. Сценарий
Кино без кино (в сокращении)
Краткий курс паратеории советского кино
Анджей Вайда: «Кино - мое призвание»
«И следует фильм...». Неосуществленные синопсисы
Неосуществленные замыслы Эйзенштейна
Феллини. Бергман. Трюффо. Фрагменты теоретических эссе
Венецианский триптих. Висконти, Стрелер, Феллини
Ромм, кинокамера и мы

ОБЕТ МОЛЧАНИЯ. РАССКАЗ ДЛЯ ФИЛЬМА

Арк. Инин

Это было 1 сентября. Наш сын шел в школу. Первый раз в первый класс. Первоклашки шумели о чем-то своем, явно не сознавая торжественности момента. Родители — в основном молодые люди — были празднично взвинченны и втайне грустны. В их глазах, жестах, обрывках фраз проскальзывала одна и та же сакраментальная мысль: «Не успеешь оглянуться — внуки в школу пойдут!»

Сын в последний раз обернулся к нам и занял свое место в строю. Жена откровенно покатила слезу по щеке. Я искусственно отвлекался: выглядывал хорошеньких учительниц и родительниц, прикидывал, самый ли я лысый папа в 1-м классе «А».

Неожиданно. Мы, конечно, давно знали, что это произойдет, и все-таки это произошло неожиданно. Окончилось беззаботное детство, и началась «деловая» жизнь маленького человека. А нам уже по тридцать. И мы уже родители человека, занятого делом. И кто знает, готовы ли мы ко всему этому...

Дети ушли в школу, а родители первоклассников еще долго толклись у дверей, умоляя строгую учительницу разрешить им хоть одним глазком взглянуть на своих отпрысков за партами. Она не разрешила: нельзя травмировать детей. Травмированные родители начали расходиться...

В то же утро я начал писать сценарий. Сейчас он уже написан. И имеет название: «Вот и лето прошло...». И даже был снят режиссером А. Игишевым на киностудии «Беларусьфильм».

Сценарий этот — хроника одного дня, последнего дня лета, 31 августа. Герой фильма — Темка — завтра идет в первый класс. А сегодня он с мамой Галкой и папой Андреем только вернулся домой после отдыха на море. И за этот единственный «сумасшедший» день его несколько беззаботным родителям необходимо и собрать сына в школу и решить множество дел... А у Темки— свои важные «дела», которые он непременно должен завершить ДО ШКОЛЫ.

Пересказывать сценарий невозможно и не нужно. Но, может быть, какое-то представление о характере его героя даст эпизод, который условно назван «Обет молчания»...


— Женя! Женя! — звенел на весь двор Темкин голос.

По его призыву на балконе второго этажа появилась девочка-певунья Женя и ее мама — такая же пухлая и голубоглазая.

— Здравствуйте! — вежливо сказал снизу Темка.— Женя, ты Толика не видела?

— Ма-а-ма,— запела вместо ответа Женя,— можно я с Темкой погуляю невдалеке-е-е?

— Ну, если невдалеке, то можно! — засмеялась мама.

А Женя через секунду уже выплыла из подъезда.

— Ты Толика не видала? — нетерпеливо повторил вопрос Темка.

— Ну-у-ужен мне твой Толик!

— Он мне нужен. У меня к нему дело!

— Ну и ищи своего Толика! — обиделась Женя, но все же сделала попытку заинтересовать Темку.— Ой, знаешь, чего! Придави глаза пальцами, сильно-сильно! А потом отпусти — и увидишь царство!

Темка послушно придавил и отпустил веки. Видимо, разноцветные круги, поплывшие у него в глазах, действительно напомнили сказочное царство, потому что он улыбнулся.

— Красиво? — поинтересовалась Женя.

— Очень красиво!

— Мура все это! — послышалось за их спинами.

Сзади длиннолицый, долговязыймальчишка грыз поджаристый бублик.

— Ничего там не красиво, а только больно в глазах! А вот я умею ушами двигать, поняли?


— Подумаешь! — обиделась за свое «царство» Женя.— Я в школу тоже пойду и тоже научусь ушами двигать!

— В школе этому не учат,— так же задумчиво сказал Сеня.— И вообще в школе...

— А что в школе? Что? — заинтересовался Темка.

— А ничего! Трудно там, вот что!

— Почему трудно? Ну почему? — допытывался Темка.

— Потому что влетает! Стукнешься с кем-нибудь — влетит! Голубя пустишь — влетит! По перилам поскользаешься — влетит! Побежишь по коридору — сразу училка за воротник хватает...

— А ты не бегай! — резонно заметила Женя.

Сеня презрительно посмотрел на маленькую.

— А я хочу, что ли, бегать? Меня просто ноги сами несут!

— У меня тоже так бывает,— огорчился Темка.— Только когда

меня ноги сами несут или руки сами чего делают, так папа говорит, что я, значит, не человек, а кукла, раз меня кто-то дергает за веревочку.

— Кукла! — обиделсяСеня.— Пусть бы твой папа сам попробовал в школе... Ты пробовал сорок пять минут молчать?

— Не пробовал,— упавшим голосом признался Темка.

Наступило всеобщее минутное уныние. Лишь Сеня в тишине хрустел бубликом. Потом Темка решительно развернулся и побежал к углу дома, на тротуар.

Сеня и Женя удивленно наблюдали за ним.

— Скажите, пожалуйста,— остановил Темка первого прохожего,— который час?

— Четверть второго.

— А через сорок пять минут который час будет?

— Юноша, не морочьте мне голову.— Прохожий двинулся дальше, но Темка умоляюще схватил его за рукав.

— Мне, правда, очень нужно! Для дела!

— Для дела? Ну-ну... Через сорок пять минут будет ровно два часа.

— А покажите мне, пожалуйста, как это будет на стрелочках?

— Вот, гляди... Маленькая — на двойке, а большая — на двенадцати.

— Спасибо! Вот такое вам большое спасибо! — широко распахнул руки Темка и побежал обратно во двор.

— Ты чего? — спросил Сеня.

— Я буду молчать сорок пять минут... то есть я попробую,— ответил Темка и плотно сжал губы.

— Ха-ха! Пробуй, не получится!

— А нам можно с тобой разговаривать? — поинтересовалась Женя.

Но Темка не ответил ей, он уже молчал.

— Очень ну-у-жно! — пропела обиженно Женя и пошла, гордо задрав голову, к песочнику.

Темка с болью посмотрел вслед оскорбленной подруге и молча и грустно побрел в другой конец двора.

А Сеня обалдело постоял, потом злорадно ухмыльнулся и побежал куда-то за дом.

ОдинокийТемка бродил по двору, стараясь ни с кем не встречаться, чтобы избежать соблазна заговорить. Поначалу он даже дышал только через нос, накрепко склеив губы. Но ему стало невмоготу, он распечатал губы и облегченно вдохнул полной грудью.

Тут из-за дома выбежала ватага пацанов во главе с долговязым Сеней. Они образовали вокруг Темки хоровод с одним и тем же припевом :

— Темка немой! А Темка немой!


Темка сначала криво улыбался,пытаясь играть превосходство, но потом закусил губу и стал яростно прорываться сквозь мальчишечий круг.

— Немой, скажи словечко — выпустим! — закричал Сеня.

Но Темка лишь молча бросался снова и снова грудью на окружение.

К счастью, ему повезло: из подъезда появилась дворничиха Настя. Увидев шумное и подозрительное скопление своих «мучителей», она налетела тучей, и мальчишки бросились врассыпную.

— За что они тебя? — отдуваясь, спросила дворничиха.

Но Темка ничего не ответил.

— Ты чего? — обеспокоилась она.— Может, стукнули куда?

Темка молчал.

— Хорошее воспитание! Его от синяков выручаешь, а он не то что «спасибо», дажебеседовать не желает! Растут детки на нашу голову!

Тетя Настя тяжело затопала обратно в подъезд. Темка с отчаянием смотрел ей вслед, скованный своим обетом.

Потом он снова слонялся по двору, избегая проходящих соседей, пытаясь отвлекаться разглядыванием листьев, камушков, стеклышек... И вдруг бросился прочь со двора.

Он пробежал по улице, свернул за угол, пробежал еще немного и с разбегу застыл у витрины часовой мастерской.

Темка с надеждой устремил взгляд на большие старинные часы за стеклом. И погрустнел: большая стрелка стояла еще далеко от двенадцати — была лишь половина второго...

Темка вздохнул, но в его глазах зажегся огонек нового интереса — в раскрытых часовых корпусах постукивали, крутились, качались молоточки, колесики, маятники...

Темка зачарованно следил за этим движением времени. Но часовой мастер, которому он заслонил солнечный свет, строго поднял свой черный монокль и постучал пальцем по стеклу. Темка послушно отошел, еще раз взглянул на большие старинные часы и еще раз вздохнул — стрелка сдвинулась всего на два маленьких деления. Он снова плотно слепил губы и побежал обратно...

Прибежав во двор, Темка встретился с мамой Галкой. Она тащила набитую сумку домой.

— Все достала! — торжественно сообщила она.— И кассу для букв и конструктор Сахарова... Сейчас обедать будем. Уже проголодался, сыночка-косыночка?

Темка молча кивнул. Мама Галка, не дойдя до подъезда, устало плюхнулась на скамью и бросила рядом сумку.

— Ой, ножки, мои ноженьки! Устали бедненькие! — гладила она свои длинные, красивые ноги.— Папа дома?

Темка снова молча кивнул.

— А ты чего все время киваешь? Это неприлично. Надо всегда отвечать на вопрос, понимаешь?

Темка опять кивнул. Мама Галка вскипела.

— Ты что, издеваешься! Немедленно отвечай по-человечески! Ты понял мой вопрос?

Темка кивнул. Мама Галка яростно взвилась со скамейки.

— Нет, ты определенно издеваешься! Если ты понял мой вопрос, то немедленно отвечай! Ну? Я жду. Я терпеливо жду!

Темка молчал.

— Слушай, ты у меня сегодня схлопочешь! Я сейчас скажу папе... Нет, пора мне самой тебя высечь, кажется!

Ее обещание звучало не слишком убедительно, но Темка все-таки встревожился и даже страдальчески зашевелил губами, однако промолчал. Маме Галке вдруг стало страшно. Она почувствовала себя абсолютно беспомощной перед этим молчанием и поняла, что никаким гневом и угрозами его не сломить.

— Темка,— усадила она сына на скамейку и обняла его за шею,— я что, требую от тебя невозможного? Нет, я только прошу тебя ответить на вопрос, который тебе понятен... Можешь, наконец, сказать, что ничего не хочешь говорить... Только не молчи!

Темке было ужасно жаль маму. Он бы с радостью выдавил из себя словечко. Но стрелка часов на маминой руке еще на пять делений не доползла до двенадцати.

— Нет, я не понимаю ни-че-го! — повторила она почти плачущим голосом.— Мне даже страшно: может быть, тебя надо отправить к врачу? Или, может, я сама начинаю сходить с ума?!

Стрелка еще отставала, но Темка уже не выдержал маминого отчаяния.

— Никому не надо к врачу! — выдохнул он облегченно.— Только ведь человеку надо же иногда помолчать?

Ошеломленная мама Галка сделала последнюю попытку разобраться в происходящем.

— Сыночка-косыночка,— сказала она по возможности спокойно и проникновенно,— почему ты не мог сказать все это сразу? Без десятиминутной пытки.

Темка подумал и решил не вдаваться в подробности:

— Понимаешь, мама, я очень много сегодня болтал, и у меня просто устал язык. А теперь я помолчал, и он отдохнул.

Мама Галка дико взглянула на сына, сильно потерла свой лоб, подхватила сумку и убежала в подъезд — то ли, чтобы там потихоньку засмеяться, то ли, чтобы всплакнуть.

Темка сочувственно посмотрел ей вслед, вздохнул, вновь сосредоточился на каких-то своих мыслях и заорал пробегавшему мимо мальчишке:

— Коль, ты не видел Толика? Ну где же этот Толик?!


...Что еще сказать о сценарии? Пожалуй, добавлю только одну подробность. Сценарий принят к постановке благодаря случайному совпадению: режиссер узнал в его герое своего сына, редактор — свою дочь, а директор — свою внучку. Поэтому, избегая лишних подозрений, я делаю официальное заявление: «Все действующие лица и события в фильме вымышленные. Всякие возможные совпадения с реальными лицами и событиями являются случайностью».

...Вот так. Хотя, честно говоря, очень хочется, чтобы таких «случайностей» в фильме было как можно больше!


«Советский экран», 1972 год, № 17

обсуждение

Семенко Людмила
16 Дек. 17:03
Досмотрела до конца весь фильм.Добрый,хороший. »»»
Семенко Людмила
15 Дек. 18:49
Посмотрела фильм.Добрый, с прекрасными рисунками и музыкой, разными характерами. И Темка такой хороший. Сейчас нет детского кино, вернее фильмов о детях, об их ощущениях, об их рассуждениях, об отношениях к родителям и к дедушкам с бабушками. Сейчас все другое! Хороший фильм. »»»
Семенко Людмила
15 Дек. 18:20
Думаю, я не вправе комментировать писателя и сценариста, по произведениям которого поставлено столько фильмов. Простоя я залезла в эту рубрику "Киноведение". Интересно было прочитать. Ну раз так, тогда и скажу, как восприняла рассказ... »»»
Комментариев к сценарию: 3
Свой комментарий Вы можете оставить здесь
Рейтинг@Mail.ru